Архитектура Мексики

 

 

 

Начало статьи

 

 

 

 

 

>> след. >>

     Архитектура Мексики
     (краткий исторический очерк)
     
     Н. А. Шелешнева
     "Культура Мексики", 1980

     
     
     История архитектуры на территории Мексики насчитывает более 4000 лет. Охватить столь большой период в одной статье, естественно, невозможно, к тому же отдельные этапы развития мексиканской архитектуры получили освещение и детальную разработку в ряде серьезных советских исследований. Поэтому мы обратим внимание на те стороны архитектуры Мексики, которые представляются наиболее важными для выявления ее специфики и национального своеобразия, и намеренно слегка коснемся этапов, связанных с прямым подражанием европейским течениям.
     Понятие «национальная», и это справедливо, обычно относят к латиноамериканской культуре XIX—XX вв. — времени становления наций. Но уже в колониальный период были заложены основы, подготовившие расцвет национальных культур всех стран Латинской Америки, и в первую очередь Мексики.
     У сменявших одна другую культур, существовавших на территории, занимаемой современной Мексикой, до прихода испанцев, несмотря на определенные различия, понимание архитектуры было практически единым. Эта местная концепция в основе своей отличалась от европейской, привезенной испанскими конкистадорами. Различия между мезоамериканской и европейской архитектурными концепциями коренились в разном мировосприятии двух вступивших в борьбу этнических групп. Из борьбы двух миров победителем вышла Европа в лице Испании. Соответственно одержала победу и европейская концепция архитектуры, нашедшая наиболее яркое отражение в сакральном зодчестве. Вместо многоступенчатых, поднятых на высокие стилобаты с венчающими их храмами пирамид тольтеков, майя, ацтеков с невиданной для самой Европы стремительностью вырастали по всей Мексике новые по духу храмы. Католическое духовенство строило такие монастыри, в которых видело для себя опору двоякого рода: в случае надобности они выполняли роль крепостей и одновременно являлись центрами распространения христианства. Возводились они в основном в XVI в. в так называемых «индейских» местах обитания. Католические монастыри и храмы часто вырастали на месте прежних индейских святилищ, как бы лишний раз демонстрируя полную победу христианского вероучения над «дикими» верованиями туземцев. Однако, как пишет известный мексиканский поэт Октавио Пас, «во многих случаях католицизм является только внешним прикрытием древних космогонических верований». Старые местные традиции продолжали бороться, исподволь проникая в новую культуру. Все это не могло не найти отражения в архитектуре.
     Уже в начале колониального периода в Мексике стал складываться свой вариант европейской архитектуры. Особенно своеобразной была культовая архитектура «индейских» областей. Известно, что, несмотря на жестокость насильственного обращения индейцев в христианство, католическая церковь вынуждена была приспосабливаться к местным обычаям, чтобы ускорить и обезболить процесс покорения и колонизации. Этим объясняется появление внешних монастырских дворов — атриев, в которых сооружались специальные открытые «индейские» капеллы (в какой-то степени атрии были сродни дворам перед доиспанскими святилищами). Сам католический храм в своем испанском варианте на мексиканской земле претерпел ряд значительных изменений. Эрререск и платереск — течения, распространенные в XVI в. в Испании, были, по существу, средневековой архитектурой. Идеи Ренессанса мало затронули испанское зодчество. В тех случаях, когда мексиканские соборы и церкви строились под руководством испанских архитекторов (это касается главным образом районов обитания испанцев), они повторяли с небольшими вариациями сакральные постройки метрополии. Но чаще храмы, создаваемые в Мексике, уходили довольно далеко от своего прообраза — испанского храма. В большинстве случаев местные зодчие не понимали принципа готической конструкции сводов: они применяли свод ложный, образованный выступающими одна над другой плитами перекрытия (аналогичный ложный свод мы встречаем в крито-микенской архитектуре). Ребра нервюр были всего лишь имитацией конструкции, декором. Уже в этом кроется принципиальное отличие колониальной мексиканской архитектуры от европейской — частая подмена конструкции декорацией.
     Вся история архитектуры Мексики с древнейших времен до современности отмечена тяготением к декоративности, что особенно сказалось в решении фасадов зданий. «При декоративном членении фасад ведет существование как бы независимое от скрытого им пространства». Эта декоративность сказывается в полихромии, столь излюбленной как индейцами, так и испанцами, но, пожалуй, больше всего в декоре, прихотливо членящем массивные, с редкими окнами плоскости стен.
     Многие ученые подчеркивали вклад, который внесли индейцы в архитектурный декор колониальной Латинской Америки. Этому вопросу посвятил отдельное исследование крупнейший бразильский архитектор XX в. Оскар Нимейер. Действительно, стремление к декоративности — отличительная черта доиспанской архитектуры Мексики.
     Но к декоративности тяготела и испанская архитектура, что было вызвано тесным контактом испанской культуры с культурой арабской. Вспомним, что Испания лишь незадолго до завоевания Америки окончила реконкисту. Под влиянием арабской архитектуры возникли мудехар и платереск — направления, отличающиеся повышенной декоративностью, в которых последняя приобретает порой самодовлеющую роль (Альгамбра, Алькасар — мудехар, XV в.). Мотив фасада в идеальной европейской архитектуре всегда отвечает внутреннему пространству. Однако и в мудехаре, и в платереске это соподчинение нарушено. В первом случае фасад дробится резным плетеным орнаментом, во втором — архитектурным декором, сконцентрированным в основном вокруг портала, но иногда появляющимся неожиданно на глухой поверхности стены.
     Перед доиспанскими зодчими задачи соподчинения внешнего облика здания его внутренней структуре просто не стояло, так как ритуалы совершались на открытом воздухе. Идея отдельной личности, находящей утешение и обретающей единение с богом внутри храма, была чужда мезоамериканским культурам. Поэтому если в мудехаре и особенно в платереске декор продолжает оставаться архитектурным, т. е. нести ордерную нагрузку и таким образом отвечать основной тенденции развития внутреннего пространства, то в доиспанском зодчестве декор не был в прямом смысле архитектурным. В докортесовой Мексике большую роль играл синтез искусств — архитектуры, скульптуры, живописи. Эта традиция в какой-то мере питала колониальное искусство и вновь ожила в XX в.
     Уже в «Капелле для индейцев» монастыря в Тлалманалько (около 1560), где декор заполняет собой все пространство, стремясь разбить конструкцию колонн, заметна тенденция к декоративности, к подмене элементов архитектурного ордера скульптурой. Еще нагляднее это стремление выступает в фасаде церкви монастыря Сан Пабло в Юрирьяпундаро (1550—1566), намечающем, как справедливо пишет Е. И. Кириченко, «путь, по которому предстояло развиваться колониальной архитектуре Новой Испании. Это был путь увеличения декоративного начала в архитектуре, укрупнения размеров украшаемых плоскостей, превращения архитектурных форм в разновидность орнаментальной скульптуры, увеличения числа и дробности архитектурных деталей». Но своего апогея «декоративистская» тенденция в архитектуре Мексики достигает к XVIII в. — золотому веку колониального строительства.
     

>> след. >>

 

 

(c) Культура и быт народов 2009-2014. (10v)

media56.ru

parkandfly.ru